+7 (34241) 4-76-05 г. Чайковский, ул. Мира, д. 21

Работа залов: 10:00-17:00

Выходной: понедельник

Айвазовский Иван Константинович

17 (29) июля 1817 — 19 апреля (2 мая) 1890, всемирно известный русский художник-маринист, баталист, коллекционер, меценат.

Ованес (Иван) Константинович Айвазовский родился в семье купца Константина и Рипсиме Айвазовских в крымском городке Феодосии.

Иван Айвазовский с детства обнаружил в себе художественные и музыкальные способности; в частности, он самостоятельно научился играть на скрипке. Феодосийский архитектор — Яков Христианович Кох, первым обративший внимание на художественные способности мальчика, дал ему и первые уроки мастерства.

Позднее Айвазовский учится в симферопольской гимназии, где показывает такие успехи в рисовании, что влиятельные лица в 1833 г. посодействовали его поступлению в Академию Художеств. Учился он у пейзажиста М. Н. Воробьева, но собственные интересы определились не сразу. Решающую роль сыграл приезд в Петербург француза Ф. Таннера, художника, владевшего приемами изображения воды. В начале 1836 г. Таннер взял юношу себе в помощники и обучил этим приемам. Уже осенью того же года Айвазовский представил на академическую выставку 5 морских пейзажей. Картины были высоко оценены, появились отклики в газетах. В 1837 г. за две новые работы («Штиль на Финском заливе» и «Большой рейд в Кронштадте») он получил большую золотую медаль и звание художника. Весной 1838 г. Айвазовский вернулся в Феодосию, где устроил себе мастерскую и начал работать. Набираясь опыта, писал тогда главным образом с натуры, а в мастерской лишь заканчивал начатое.

С 1840 по 1844 год Айвазовский в качестве заграничного пенсионера Академии Художеств провел в Италии, а также посетил Германию, Францию, Испанию, Голландию; плодотворно трудился, экспонировал свои работы и повсюду имел успех. После возвращения получил звание академика Академии Художеств и был причислен к Главному морскому штабу. Это позволило ему уже в следующем году вместе с экспедицией русского мореплавателя и географа Ф. П. Литке побывать в Турции, Греции, Малой Азии и набраться новых впечатлений. Не раз путешествовал он и впоследствии: ездил на Кавказ, в Египет, Ниццу, Флоренцию, даже в Америку.

В 1846 г. Айвазовский построил себе в Феодосии новую просторную мастерскую, где в основном и работал. С натуры он больше не писал, полагаясь на редкостную зрительную память и на приемы, которые усвоил когда-то и с тех пор усовершенствовал, доведя до известного автоматизма. Художник мог исполнить большую картину за несколько часов, что и делал не раз, щеголяя своим умением перед изумленными зрителями.

В таком подходе - да еще при легендарной плодовитости Айвазовского - таились опасности самоповторов. И эти опасности в большой мере реализовались. Уже в конце 1850-х годов заговорили о том, что живописец "исписался", а талант его иссяк. О том, что он перестал развиваться, а остановки в творчестве есть смерть для творца. Многие объясняли этот факт уединенностью феодосийской жизни художника, его неумением или нежеланием улавливать и воспринимать новейшие художественные веяния. Сказалась, видимо, и определенная ранняя "захваленность" мастера, на которую в Италии раздраженно указывал еще А. Иванов.

Айвазовскому приходилось отвечать на эти обвинения - словесными разъяснениями и новыми картинами. Надо сказать, что в оскорбленную позу он не встал - более того, многие из этих обвинений счел вполне мотивированными. "Я должен признаться, - писал художник, - что слишком рано перестал изучать природу с должной реальной строгостью, и, конечно, этому я обязан тем недостаткам и погрешностям против безусловной художественной правды, за которые мои критики совершенно обоснованно меня осуждают. Этого недостатка не выкупает даже та искренность, с которой я передаю мои впечатления, и та техника, которую я приобрел многолетней неустанной работой".

В конце концов, Айвазовский доказал, что на нем рано ставить крест. Он - в соответствии с требованиями современного реализма, вышедшего тогда на первые роли в русской живописи, - модернизировал манеру письма, не изменяя при этом своим интимным художественным предпочтениям и оставаясь в рамках той устоявшейся художественной системы, которую мы зовем миром Айвазовского. Художник заметно притушил палитру, поражавшую раньше своей безудержной (романтической!) яркостью и делавшей его работы излишне театральными. Он обратился к мягким соотношениям цветов, тонким переходам, почти монохромной живописи. Айвазовский специально выбирал для наблюдений хмурые дни, когда море не искрится всеми цветами радуги, а граница между водой и небом теряется в серой дымке и требует от художника, ее пишущего, искусного обращения с тончайшими полутонами. Расширилась и тематика его творчества - наряду с привычными морскими пейзажами у Айвазовского стали появляться "сухопутные" картины.

Такие вещи, как "Радуга", "Черное море" или "Среди волн", показали всем, что дарование художника вовсе не угасло, а открыло в себе "второе дыхание". Итог спорам, касающимся подлинности живописи Айвазовского, подвел выразивший общее мнение И. Крамской; "Айвазовский, - заявил он, - кто бы и что ни говорил, есть звезда первой величины во всяком случае, и не только у нас, а в истории искусства вообще".

Наследие Айвазовского - целая изобразительная энциклопедия моря, запечатленного в разнообразнейших состояниях. 

Редкий для творчества Айвазовского сухопутный пейзаж "Чумаки" представлен в Чайковской художественной галерее.

Сегодня в галерее

Мы разные...

Мы разные...

Скульптуру московских художников, живопись Антона Успенского и дагестанскую пластику вы можете увидеть на выставке "Мы разные..."
О галерее

Друзья галереи

Администрация г. Чайковский Веб-студия Бонфи
Instagram

chaik_gallery

наверх наверх